Название выставки — это название системы, которая пронизывает реальность и развивается как автономный организм, занимающий пространство комнаты. Здесь она приручается, создавая инфраструктуру, способную «оказывать помощь». Это интерфейс, провозглашающий заботу, но в то же время мы чувствуем себя в нем небезопасно. Широко распространенное наблюдение и ограничение свободы контролируют движения и жесты, тем самым раскрывая логику угнетающих структур, в которых свобода приостановлена, а субъектность рассеяна в пользу целого. В основе вопроса лежат видимость и невидимость, тонкая грань между комфортом и наблюдением, и то, как биополитика может заботиться о жизни, одновременно фиксируя ее проявления.

В своей практике, основанной на готовых объектах, Александр Адамау воплощает логику «гиперреалистичной матери» в тотальной инсталляции, вдохновленной комнатами для допросов детей — пространствами, предназначенными для минимизации стресса и одновременно позволяющими вести запись и наблюдение. Этот мягкий язык защиты ребенка становится отправной точкой для критики систем, которые объединяют заботу и контроль в единое, неразличимое отношение.

Внешняя часть инсталляции представляет собой модифицированные баллончики с перцовым спреем, прикрепленные к брелоку в форме капли с изображением Девы Марии. Через эти объекты художник комментирует системы, регулирующие выражение точки зрения. Этот тип власти, который под видом заботы контролирует эмоции, внимание и комфорт, ограничивает возможности действий и смягчает тревогу, сглаживая её, а не решая проблему. В этом контексте слеза становится формой инициации: моментом, когда тело реагирует быстрее, чем сознание, раскрывая правду о системе, которая хочет нас защитить, но сначала должна нарушить наши права.

Инсталляция завершается баннером с репродукцией последней работы Марселя Дюшана «Étant donnés», где взгляд через узкое отверстие в дверном проеме открывает вид на лежащую фигуру с фонарем в руках. Адамау продолжает вуайеристский мотив, но нарушает его условности и сталкивает зрителя с «запретным» изображением.

Внутри экспозиции представлены предметы из серии «Не-игрушки», отсылающие к функционированию современных социальных систем, а также избранные произведения белорусского искусства, дополненные кожаными накладками на соски — предметами, призванными облегчить боль при грудном вскармливании и одновременно, благодаря контакту с натуральными материалами, «укрепить внутреннего воина».

Вся выставка посвящена моментам, когда социальное тело сталкивается с мягкими, «материнскими» технологиями регулирования. Адамау задается вопросом, что скрывается за мягким тоном и какие желания подпитывают власть, которая не угрожает, а успокаивает; не принуждает, а «заменяет». Его практика заключается в имитации заботы, чтобы взять инициативу в свои руки. Его сила состоит в принятии роли субъекта: сглаживании, выравнивании, объяснении и адаптации реальности к набору желаемых реакций. Выставка в «Щур» приглашает нас войти в это амбивалентное пространство, где мягкая инфраструктура властных систем настолько сильна, что трудно определить момент, когда забота начинает регулировать, а помощь становится инструментом для сглаживания реальности и смягчения конфликтов до того, как они смогут проявиться.

текст: Лисо Стек